НЕСПЕШНЫЕ ПРОГУЛКИ

Дневник краеведа-любителя

Может ли какой-нибудь храм сильно удивить человека, который живет в Москве? Человека, который пару дней назад внимательно осмотрел Меньшикову башню? Видел Владимир и Суздаль, регулярно пробегает мимо собора Василия Блаженного? И даже, страшно сказать, видел кое-что в Европе? Оказывается, может!

Церковь Знамения Пресвятой Богородицы в поселке Дубровицы под Подольском может удивить кого угодно. Большинство православных церквей можно классифицировать, отнести к определенному стилю и найти похожие. Но не в этом случае. То есть это, конечно, барокко, но…

Удивительным образом строителям удалось гармонично соединить в одном сооружении западные и византийские традиции, получился православный храм в католическом стиле. Нижняя часть, если смотреть сверху, имеет форму равноконечного креста с круглыми краями, на ней установлена восьмигранная башня. Всё здание сверху донизу покрыто резными узорами, украшено скульптурой и венчает всю эту красоту золотая корона на месте купола.

Первоначально храм был белокаменный, использовали известняк с берегов Пахры, но за триста лет камень потемнел и приобрел бежевато-серый оттенок, придающий зданию еще более европейский вид.

История усадьбы Дубровицы и её владельцев так же богата и причудлива, как резьба на стенах Знаменской церкви. В 1627 году в этих местах обосновался боярин Иван Васильевич Морозов, построил усадебный дом и деревянную церковь. Сам он не оставил заметного следа в российской истории, но зато постарались его сыновья. Борис Иванович был воспитателем при молодом царе Алексее Михайловиче, пользовался его полным доверием и фактически несколько лет управлял государством. Глеб Иванович был скромнее, зато прославилась его супруга – та самая непокорная боярыня Морозова с эпического полотна Василия Сурикова. Была у Ивана Васильевича и дочь Аксинья, которая вышла замуж за князя Ивана Андреевича Голицына. Усадьба в качестве приданого перешла во владение семьи Голицыных и оставалась их родовой вотчиной больше ста лет.

вход

Главный вход. Иоанн Златоуст и Григорий Богослов.

В 1687 году хозяином стал князь Борис Алексеевич Голицын – дядька Петра I, который привил молодому царю любовь ко всему заграничному, а заодно и к алкоголю. Именно ему мы должны быть благодарны за возможность полюбоваться Знаменской церковью. Борис Голицын был интересной личностью. Талант, образованность, природная мудрость сочетались с широтой русской души, бесшабашностью и прямотой. Это он вовремя отправил подопечного отсиживаться в Троице-Сергиев монастырь, чем, скорее всего, спас ему жизнь, а когда Софья была окончательно побеждена, сразу же стал хлопотать о спасении своего двоюродного брата Василия – любовника и ближайшего соратника мятежной царевны. Василию смертную казнь заменили на ссылку, а враги Бориса Голицына воспользовались возможностью нашептать Петру о неблагонадежности князя. Царь, конечно, вспылил и отправил Голицына с глаз долой отсиживаться в подмосковное имение. Опала длилась не долго, но именно тогда Борис Алексеевич, в промежутках между шумными пирушками, и задумал построить храм в честь любимого царя. Такой, чтобы все ахнули! Может быть и проект набросал от скуки, кто знает? Вскоре Петр сменил гнев на милость, вызвал Голицына в Москву, пожаловал в бояре и одобрил намерение построить храм, даже обещал помочь средствами из казны.

евангелист

Единственный из 4-х Евангелистов с уцелевшей головой.

В 1890-м работа закипела. Но задумка оказалась не простой, на строительство и отделку церкви Знамения понадобилось около 10 лет. За это время Петр I взял Азов, поучился в Европе, провел военные реформы, построил флот и решил строить новую столицу. А в Дубровицах неизвестные мастера трудились с утра до вечера, работа не прекращалась даже зимой, и как так вышло, что никто не запомнил, не сохранил имён этих людей? Есть разные предположения, но всё как-то расплывчато – скорее всего, совместное производство наших то ли с немцами, то ли с итальянцами или швейцарцами. Кто скульптор? Кто архитектор? Не понятно. Храм получился такой необычный, что трудно найти что-то похожее, построенное в то же время, чтобы установить автора. Эта необычная красота с западным уклоном не пришлась по душе патриарху Адриану, он ни в какую не хотел освящать уже готовую церковь. Удалось это сделать только после его смерти в 1704 году, зато по первому разряду – на освящении присутствовал Петр с царевичем Алексеем и его свита, позвали также жителей всех окрестных деревень. Храм, в то время еще белоснежный, увенчанный сверкающей на солнце императорской короной, вызывал всеобщие восторги и благоговение. Жаль только Петр в то время уже увлекся строительством Петербурга и скорее всего больше не появлялся в Дубровицах. А Борис Голицын через несколько лет снова попал в немилость, и опять подвел несносный характер. Только бороться и доказывать что-то уже не было сил и желания, сказывался возраст и нездоровый образ жизни, подагра замучила. Какое-то время он поскучал в Дубровицах, полюбовался Знаменской церковью, а после постригся в монахи под именем Боголеп, переселился во Флорищеву пустынь в лесной глуши под Нижним Новгородом и вскоре умер.

вид

Вид со стороны реки

Внук Бориса Алексеевича Сергей с 1753 по 1756 служил в Москве генерал-губернатором, усиленно занимался благоустройством к предполагаемому переезду в город Елизаветы Петровны, которого так и не произошло. При нём в Дубровицах отстроили красивый дом в стиле барокко, конный двор и другие хозяйственные постройки. Примерно тогда же рядом со Знаменской церковью, которая не отапливалась, была построена колокольня с зимним храмом в цоколе, тоже в стиле барокко, но поскромнее. После смерти Сергея Алексеевича усадьба перешла к его сыну Алексею Голицыну, который, похоже, оказался довольно бесполезным членом общества – ничего не построил, не улучшил, только наделал долгов. Поэтому уже его сыну Сергею Голицыну (младшему) пришлось в 1781 году продать имение своему полковому командиру Григорию Потемкину. Так имение, больше ста лет принадлежавшее семье Голицыных, кардинально сменило владельцев.

парк

Ворота в усадебный парк.

Однако Потемкину было в то время некогда засиживаться под Москвой, он в Дубровицах почти не бывал. Но однажды всё же заехал, и не один, а с императрицей. Екатерине всё очень понравилось – живописный высокий берег, слияние двух рек, красивая усадьба, еще и церковь такая необычная, с короной! Так понравилось, что она сразу же решила выкупить у Потемкина имение и подарить новому фавориту, Александру Матвеевичу Дмитриеву-Мамонову. Он был молод, хорош собой, образован, умен и обходителен. Вскоре, правда, выяснилось, что обходителен он был не только с царицей, но и с одной из её молоденьких фрейлин, Дарьей Щербатовой. Екатерина была в гневе, ночь провела в рыданиях и тоске, а после взяла себя в руки и повелела молодым готовиться к свадьбе. Сама помогала невесте одеться к венцу, и скорее всего не отказала себе в удовольствии «случайно» воткнуть булавку в тело, может и не одну. А после пышной свадьбы молодожены переехали в Дубровицы, навсегда потеряв возможность появляться при дворе. Александр Матвеевич, конечно, вскоре заскучал по столичной жизни, пытался даже выпросить прощения, но императрица был непреклонна. После ее смерти молодой император Павел вспомнил опального фаворита, который был с ним когда-то ласков и обходителен, и в благодарность пожаловал графский титул. В Петербург, однако, не вызвал. Нерастраченную энергию, смекалку и разностороннее образование пришлось употребить на переустройство усадьбы и воспитание детей — Матвея и Марии. Усадебный дом был капитально перестроен из устаревшего барокко в ставший популярным стиль классицизм и приобрел тот вид, в котором мы можем наблюдать его сейчас. Дети получили прекрасное воспитание и образование, точнее получали до тех пор, пока их родители не скончались один за другим по непонятной причине – Александру Матвеевичу было 45, а сыну Матвею всего 13… До совершеннолетия Матвей Дмитриев-Мамонов оставался на попечении своего деда, Матвея Васильевича, который успешно продолжил начатое отцом воспитание и образование. Возможно даже слишком успешно…

вход

Главный вход в усадебный дом.

В 1812 году молодой наследник огромного состояния граф Дмитриев-Мамонов не раздумывая предложил передать государству на военные расходы свой годовой доход, в ответ ему предложили на эти деньги сформировать кавалерийский полк. Из-за неопытности организатора и общей неразберихи формирование полка затянулось на несколько месяцев, за это время граф успел записаться в ополчение и поучаствовать в Бородинском сражении, в боях под Тарутином и Малоярославцем, за что был награжден золотой саблей с надписью «За храбрость» и произведен в генерал-майоры. Когда мамоновский казачий полк был наконец готов к военным действиям, они уже переместились на территорию Германии. Выяснилось, что кроме денег и желания, чтобы командовать полком необходим опыт и специальные навыки, которых Матвею не хватало. Дисциплина хромала на столько, что из бравых «Мамоновцев» подопечные графа были переименованы в «мамаевцев». Вспыльчивый и самолюбивый Мамонов тоже чуть что был готов ввязаться в драку, поссорился с штабным руководством и даже с самим императором Александром, которого считал недостаточно русским для того, чтобы управлять русским государством. В итоге мамоновский казачий полк был переформирован, а военная карьера Матвея Дмитриева-Мамонова была окончена. К сожалению, этот случай не научил пылкого графа быть более гибким во взаимоотношениях с высшей властью, скорее наоборот.

ротонда

Полуротонда с южной стороны дома

Помыкавшись пару лет на штабной работе, 26-летний граф, полный светлых идей о том, как должна быть организована жизнь в государстве, уединился в Дубровицах и погрузился в создание тайной организации. Устав «Ордена русских рыцарей» содержал пункты об ограничении царской власти, упразднении рабства, лишении иноземцев возможности влиять на государственные дела. Вначале активное участие в разработке программы принимал Михаил Фёдорович Орлов, тоже горевший идеями переустройства России, но позже он примкнул к декабристам, более настроенным на реальную деятельность. Мамонов тоже перешел от теории к практике, но начал с воздвижения каменной стены вокруг всего своего имения – настоящему русскому рыцарю по уставу полагалась укреплённая резиденция. Крепостная стена с башнями, зубцами и готичными воротами протянулась вокруг всей усадьбы, включая церковь и конный двор. Рота солдат для охраны была набрана из собственных крестьян. До поры до времени вся эта деятельность вызывала у власти только смутное беспокойство, но с приближением 1825 года обстановка накалялась, более реальные тайные общества активизировались, и на графа-отшельника обратили более пристальное внимание. Тут как раз умер старый камердинер, пришлось нанимать нового, а он оказался засланным казачком из политического сыска. Когда выяснилось, что новый слуга вместо своих прямых обязанностей только и делает, что следит за хозяином дома, Мамонов велел его высечь и прогнал. Тут терпение власти лопнуло, граф оказался под арестом в Москве и больше в Дубровицы не вернулся. Его объявили сумасшедшим и остаток жизни до 1863 года он провел под надзором в небольшой усадьбе на Воробьевых горах, которую в народе прозвали Мамоновой дачей.

Оставшись без хозяйского присмотра, Дубровицы приходили в упадок. Обветшала и прекрасная Знаменская церковь. Приходской священик Иоанн Булкин развил бурную деятельность по спасению уникального храма и к 1848 году ему удалось добиться капитального ремонта. Руководить реставрацией назначили архитектора Фёдора Рихтера, который, несмотря на немецкое происхождение, был знатоком и приверженцем русского зодчества, и если бы не противодействие того же священника Булкина, церковь была бы значительно переделана. Но под зорким надзором прежний облик удалось сохранить, только надписи на стенах внутри храма всё же заменили с латинских на русские. В 1850 году обновленный храм был заново освящен, а в 1864 владельцем усадьбы Дубровицы снова стал представитель многочисленного рода Голицыных – Сергей Михайлович. Человек он был состоятельный, образованный и, в отличие от предыдущего владельца, деятельный и практичный. Значительное наследство, полученное от родителей, не только не разбазарил, но и приумножил. Успешно занимался коммерцией, собрал внушительную коллекцию живописи, которую сначала демонстрировал в собственном музее, в особняке на Волхонке, а после продал в Эрмитаж. Много времени проводил за границей, активно занимался благотворительностью, строил храмы, а кроме того бы четыре раза женат. Когда не сложилось с первой супругой, цыганкой Сашей Гладковой, Голицын оставил ей московскую усадьбу Кузьминки и перебрался с новой женой в Дубровицы, подправил дряхлеющий дом и обосновался там. Перед домом появился чугунный фонтан, застеклили веранды по бокам дома, обновили росписи внутри здания. Часть хозяйственных построек переделали в дачные домики для состоятельных любителей загородного отдыха. Тогда же возле церкви появился небольшой курган-смотровая площадка, чтобы любоваться красотой местной природы и Знаменской церкви. В усадьбе снова затеплилась нормальная жизнь, хоть и не на долго…

вид

Вид с кургана

Конечно же, всё круто изменилось после революции. Усадебный дом до 1927 года сохранялся как музей дворянского быта, но через десять лет после переворота контраст между нищенским существованием большинства новых хозяев жизни и шикарным дворянским бытом стал новую власть немного раздражать. Музей закрыли, экспонаты растащили по разным другим музеям, что-то просто исчезло. Во внутренних помещениях понаделали перегородок и в здании поселился сначала детский дом, а после и до настоящего времени – институт животноводства. Совсем недавно его немного потеснили и теперь половину здания занимает Подольский ЗАГС.

В 1930-м взорвали колокольню, от неё не осталось и следа. Разобрали и мамоновскую стену, о ней напоминают только уцелевшие готические ворота конного двора. Знаменскую церковь тогда же закрыли и превратили в склад, но всё же она уцелела. Может быть благодаря своей уникальной красоте, а может быть — Божьему промыслу. В 1960-е началась «реставрация», которая чуть не угробила храм окончательно – ушлые строители чуть не растащили всё по кусочку по своим дачам или куда-то ещё. Но среди местного населения у него нашлись защитники, которые делали возможное и невозможное, чтобы остановить разграбление. После, уже в 90-е те же активисты и их последователи с большим трудом добились передачи здания церкви, нашлись реставраторы-энтузиасты, и храм начал снова возвращаться к жизни.

Сейчас он выглядит просто отлично для своих 300 с лишним лет, обзавелся отоплением, регулярно проводятся богослужения, а кроме того Дубровицы теперь лучшее место в Подольске для свадебных фотосессий. Курган, очищенный от зарослей, тоже отличное место для селфи и фото, а лестница и ограда по периметру смотровой площадки обвешаны ритуальными свадебными замочками.

Территорию вокруг облагородили, правда, говорят, в процессе уничтожили остатки прежнего ландшафтного парка и реликтовые деревья… это конечно очень жаль. Зато на лугу у подножия кургана уже больше 10 лет регулярно проводится Цветаевский костер — каждую осень в ближайшие выходные к дню рождения поэта здесь собираются почитатели её творчества, зажигают костер, читают стихи, поют песни, общаются.

Если прогулка в Дубровицах затянулось и пришло время обеда, можно заглянуть в ресторан «Голицын» в правом крыле усадебного дома. Мне повезло, в тот момент никто не праздновал свадьбу, людей вообще почти не было. Хачапури по мегрельски был неплох, чай тоже. Официантка не то чтобы не любезна, скорее серьезна и строга, чувствуется, что при ней не забалуешь. Сказывается, наверное, боевой опыт обслуживания свадебных банкетов, рядом же ЗАГС. Короче, поесть можно.

Ресторан

Правое крыло усадебного дома.

Много интересного из истории Знаменской церкви я узнала здесь.

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons С указанием авторства 3.0 Непортированная

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: